Евросоюз ведет стратегическую дискуссию об отношениях с РФ на высшем политическом уровне. Почему обсуждается этот вопрос, к каким выводам пришли в Брюсселе и стоит ли ждать изменений в российской политике ЕС?
Какую политику следует вести Евросоюзу в отношении России? Этот стратегический вопрос сейчас обсуждают на высшем политическом уровне в Брюсселе. Кульминацией дискуссии должен был стать саммит Евросоюза 25-26 марта. Но из-за растущего числа новых заболеваний COVID-19 глава Европейского совета Шарль Мишель решил провести видеоконференцию глав государств и правительств стран ЕС.
Поскольку в ЕС на виртуальных встречах предпочитают избегать трудных вопросов, не касающихся пандемии, то тему «стратегическая дискуссия» перенесли на следующий саммит, который состоится в реальном режиме. Тем не менее, 25 марта участники встречи обсудят Россию дважды: один раз — на уровне лидеров стран ЕС, второй — вместе с Джо Байденом. Президент США принял приглашение ненадолго подключиться к виртуальному саммиту . По сообщению Белого дома, он затронет и вопрос отношений с Россией.
Телефонный разговор Мишеля и Путина
В преддверии видеоконференции Мишель позвонил президенту России Владимиру Путину. По словам главы Евросовета, отношения Брюсселя с Москвой могут измениться, лишь если РФ продемонстрирует прогресс в выполнении минских соглашений, прекратит гибридные и кибератаки на страны ЕС и будет уважать принцип соблюдения прав человека.
Путин же видит причину «неудовлетворительного состояния» отношений в «неконструктивной, порой конфронтационной линии партнеров». Он высказал готовность к «восстановлению нормального деполитизированного формата взаимодействия», если ЕС проявит «встречную заинтересованность», сообщили в Кремле.
Боррель: Россия отдаляется от Европы
В начале февраля верховный представитель ЕС по внешней политике Жозеп Боррель посетил Москву, чтобы узнать, заинтересованы ли власти России в улучшении отношений с Евросоюзом. Из этой поездки, ставшей источником нескончаемой критики в его адрес, глава европейской дипломатии получил четкий ответ на свой вопрос: не заинтересованы.
После этого министры иностранных дел уже дважды обсуждали отношения с РФ на заседаниях Совета ЕС. «Ясно, что Россия избрала конфронтационную позицию в отношении ЕС. Нарушения прав человека и международного права как на территории России, например в Чечне, так и за ее границами, усиливаются. Российские власти продемонстрировали нежелание сотрудничать в решении этих вопросов. Россия двигается в направлении авторитарного государства и прочь от Европы. Европа должна из этого сделать выводы», — резюмировал Боррель.
Пять основополагающих принципов ЕС в отношении России
Верховный представитель ЕС по внешней политике также сообщил, что, по мнению глав МИДов стран ЕС, политику Евросоюза в отношении РФ и далее должны определять пять основополагающих принципов . ЕС принял их в 2016 году, в ответ на аннексию Россией украинского полуострова Крым и на дальнейшую дестабилизацию Украины, в частности в Донбассе. В соответствии с первым из них, ключевым условием для существенного изменения отношения Евросоюза к России должна стать имплементация минских соглашений.
Вторым принципом российского вектора политики ЕС является углубление отношений со странами «Восточного партнерства» и Центральной Азии. Третий пункт стратегии — усиление устойчивости Евросоюза к угрозам, в частности, в вопросе энергетической безопасности или гибридной войны. Наконец, два последних принципа Евросоюза в общении с Россией — это избирательная поддержка общения с Россией по тем вопросам, которые представляют для ЕС интерес, и углубление контактов между людьми в странах ЕС и России, а также поддержка гражданского общества в РФ.
По словам Борреля, принятые ранее пять принципов теперь дополнят тремя типами действий: давать отпор (когда Россия нарушает международное право и права человека); сдерживать (когда она пытается усилить давление на ЕС); вести диалог по вопросам, представляющим для Евросоюза интерес.
Внутри ЕС нет единой позиции в отношении России
Опрошенные DW брюссельские эксперты не ожидают, что итогом стратегической дискуссии станет кардинальное изменение курса ЕС. «Евросоюзу следовало бы приложить больше усилий для достижения более согласованной политики в отношении России, но мои ожидания достаточно скромные, потому что нет единой позиции среди государств-членов ЕС», — говорит эксперт European Policy Centre Аманда Пол. Самым очевидным примером отсутствия единства она называет проект газопровода «Северный поток — 2».
В то же время Пол считает, что для Путина позиция руководства Евросоюза не играет большой роли. «Он предпочитает иметь дело со столицами государств ЕС. Он не заинтересован в изменении внешней политики России», — добавляет политолог.
Эксперт по России из бельгийского Королевского института международных отношений Egmont Марк Франко также указывает на то, что в Евросовете (куда входят главы государств и правительств стран ЕС) существуют разные мнения об отношениях с Россией.
«ЕС сейчас разъединен, у него нет ни финансовых возможностей, ни средств в сфере безопасности, чтобы вести агрессивную политику в отношении России», — говорит Франко. Поэтому главное, что, на его взгляд, должен сделать Евросоюз, это «создать прочную единую внутреннюю позицию, на основании которой можно будет строить что-то большее».
Нужно ли переписать пять принципов ЕС?
Чиновники и дипломаты в Брюсселе ожидают, что пять основополагающих принципов останутся в силе. Тем не менее, директор по политическим вопросам брюссельского аналитического Центра Мартенса Роланд Фройденштайн (Roland Freudenstein) призывает к их критичному пересмотру.
По его мнению, Евросоюзу следует признать, что его ожидает период «длительной конфронтации с Кремлем», поскольку «нынешнее правительство России не намерено сотрудничать» с Брюсселем. «Я надеюсь на четкое разграничение между Россией Путина и Россией мужественных молодых граждан, готовых терпеть задержания, жестокое обращение за европейские ценности», — говорит Фройденштайн. По его словам, ЕС должен отдельно подчеркнуть, что с такой «будущей демократической Россией» он готов и будет сотрудничать.
Марк Франко в свою очередь считает пять принципов правильным подходом, называя их достаточно гибкими: они позволяют как усиливать санкции, когда нужно, так и сотрудничать там, где есть для этого возможность.
Источник dw.com
