Даже если Совет Евросоюза решит начать переговоры о вступлении Украины в ЕС, как рекомендует Еврокомиссия, они вряд ли завершатся скоро. Почему? DW проанализировала главные причины.
Европейская комиссия — исполнительный орган ЕС — в среду, 8 ноября, рекомендовала начать переговоры о приеме Украины в Евросоюз. Она также представила доклад об успехах страны в проведении ключевых реформ. Достаточно ли их для начала переговоров с Киевом о его вступлении в ЕС, решат лидеры стран-членов этой организации на саммите, который пройдет в Брюсселе 14-15 декабря. Это решение, как и любое другое, требует единогласной поддержки всех 27 государств, входящих в ЕС.
Главу Еврокомиссии Урсулу фон дер Ляйен (Ursula von der Leyen) прогресс Украины впечатлил. Она назвала его блестящим, символически посетив Киев за несколько дней до публикации доклада. «Мы никогда не должны забывать, что вы ведете войну за существование. И одновременно осуществляете в своей стране глубинные реформы. Вы прошли много этапов: реформировали систему правосудия, ограничили давление олигархов, занялись проблемой отмывания денег и многое другое. Это результат тяжелой работы», — пояснила фон дер Ляйен.
До выполнения всех условий Украине пока далеко
Однако в рекомендации Еврокомиссии содержатся «технические оговорки» о том, что стране необходимо добиться большего прогресса в ключевых сферах — от создания надежной и независимой судебной системы до защиты прав меньшинств и внедрения антикоррупционных мер. То есть на самом деле речь не о деталях, а о крупных политических преобразованиях.
«Расширение ЕС основано исключительно на выполнении (кандидатами на вступление. — Ред.) условий, — указывает политолог из аналитического центра Центра европейский политики (EPC) Теона Лаврелашвили. — И даже когда переговоры о вступлении начнутся, эти условия никуда не денутся. Нельзя забывать, что прием новых членов в Евросоюз основан на заслугах, поблажек не будет, и это должны учитывать страны с максималистскими запросами — я имею в виду Украину». По мнению эксперта, переговоры о вступлении — это длительный процесс, который не завершится в течение ближайших лет.
Глава Европейского совета Шарль Мишель заявлял о цели принять Украину в ЕС к 2030 году, однако Лаврелашвили даже ее считает нереалистичной. «Думаю, стоит без стеснения сказать, что в Украине существует проблема коррупции. Конечно, сейчас у этой страны есть более важная задача: положить конец продолжающейся трагедии и найти приемлемый, в первую очередь для нее самой и международных партнеров, мир. Однако это не должно препятствовать мерам по снижению уровня коррупции и прогрессу в проведении реформ», — считает Лаврелашвили.
Ключевой фактор: взаимное доверие между ЕС и Украиной
Противоположную точку зрения высказала исследовательница из отдела внешней политики Евросоюза Центра исследований европейской политики (CEPS) Тинатин Ахвледиани: «Украина проводит реформы, но мы не можем просить ее проводить больше реформ, пока она охвачена войной».
Она подчеркивает, что сорокалетний опыт вступления стран в Евросоюз показал: реформы важны, понимание кандидатами законодательства ЕС — тоже, однако самое главное — построение доверительных отношений. «Это понимание страной-кандидатом того, как мыслит Брюссель и чего он ожидает, а также доверие Брюсселя к кандидатам, уверенность в том, что они понимают и принимают правила Евросоюза», — уточняет Ахвледиани.
Доверие возникает, когда страна серьезно воспринимает поставленные перед ней задачи и выполняет их, а ЕС, со своей стороны, сдерживает свои обещания — это обоюдный процесс, добавляет эксперт. По ее оценке, «между Киевом и Брюсселем столько доверия, сколько возможно посреди войны, это не обычные обстоятельства».
Управление ожиданиями: Украина станет членом ЕС, но не завтра
Статус кандидата на вступление в ЕС сам по себе ни к чему не обязывает, констатируют политологи. Например, в основополагающих договорах Европейского Союза о нем отдельно не говорится, как не уточняются и его временные рамки. Тем не менее этот статус подразумевает инвестиции в реформы, максимальное соответствие страны-кандидата законодательству Евросоюза и его внешнеполитической линии, а объявление о старте переговоров — всего лишь начало этого пути, подчеркивает Лаврелашвили. «Поэтому нам необходимо управлять ожиданиями», — призывает она.
В политике это значит стремиться предотвратить возможное разочарование, ставя реалистичные цели и предостерегая от завышенных требований. Например, Урсула фон дер Ляйен в Киеве сказала: «Я знаю, что вы находитесь в процессе завершения чрезвычайных реформ. Если это произойдет, а я в этом уверена, то Украина сможет достичь своей далеко идущей цели — перейти к следующему этапу процесса вступления». Другими словами, если Украина и вступит в ЕС, то не завтра. Это подчеркивают и политики, и эксперты.
Крайне важно, чтобы страны-кандидаты понимали: реформы они проводят не только ради Евросоюза, но и ради самих себя, чтобы добиться трансформации в своих обществах и укрепить демократию, отмечает Теона Лаврелашвили.
Европейский экономический социальный комитет (EESC), который консультирует Еврокомиссию, считает, что время Украины пришло. «Несмотря на продолжающуюся войну, Украина сделала большой шаг вперед и готова начать переговоры о вступлении в ЕС. Евросоюз должен ответить на этот исторический призыв», — заявил его глава Оливер Рёпке, который 2-3 ноября впервые посетил Киев и обсудил там постепенную интеграцию Украины в ЕС. EESC — это один из четырех консультативных органов ЕС, основанный в 1957 году, чтобы представлять интересы разных экономических и социальных групп.
К слову об экономических интересах Евросоюза
Как правило, новые члены Евросоюза гораздо беднее, чем старые. ВВП Украины на душу населения даже до полномасштабного российского вторжения составлял около 30% от среднего показателя по ЕС. Некоторых членов это пугает, однако эксперты предлагают экскурс в прошлое. «На примере вступления Польши мы увидели, что это огромный успех, поскольку страна продемонстрировала значительный экономический рост благодаря политике сплочения Евросоюза», — убеждена Ахвледиани.
Она считает, что здесь вполне можно провести параллель с Украиной, например потому, что они сопоставимы по численности населения и состоянию экономики на тот момент, когда Польша вступала в ЕС. Исследование CEPS показало, что гипотетически, если бы Украина уже была членом ЕС, то могла бы получать из бюджета ЕС около 18-19 млрд евро за вычетом взносов — сравнимо с тем, что получают Польша и Румыния, «масштабированные» под Украину.
Это означало бы увеличение взносов всех государств-членов примерно на 10%, «причем только Испания превратилась бы из (небольшого) нетто-бенефициара в (небольшого) нетто-плательщика», сказано в исследовании. Однако вопросы бюджета странам еще предстоит урегулировать, чтобы тщательно подготовиться к вызовам нового, еще более многочисленного по составу Евросоюза.
«Домашнее задание» для стран ЕС
В «пакет расширения» помимо Украины входят еще девять стран-кандидатов — это рекордное число. «Похоже, европейцы теперь рассматривают принятие новых членов в ЕС как часть своего ответа на новую геополитическую реальность», — полагает аналитик Европейского совета по международным отношениям (ECFR) Энджеллуше Морина. Однако даже при наличии весомых геополитических аргументов в пользу расширения сейчас этот процесс столкнется с большим числом препятствий, чем в прошлом, признает она.
Большинство стран-членов Евросоюза еще не приступили к глубокому анализу того, как осуществить это расширение. «За восторженной риторикой скрывается пессимизм в отношении того, может ли оно происходить быстро и вообще должно ли», — предупреждает Морина.
Она уверена, что готовность ЕС к расширению не зависит ни от объективных стандартов, ни от принятия конкретных экспертных рекомендаций: «Способность ЕС к расширению зависит прежде всего от широкого консенсуса относительно дальнейших действий».
Одно понятно: параллельно с кандидатами реформироваться должен сам ЕС, то есть у всех есть «домашнее задание», резюмирует Тинатин Ахвледиани.
Источник dw.com